brandjewelrygift.ru

Китобойный промысел

Самое острие наконечника делается из обсидиана — вулканического стекла, лавы или трахита. Тогда община этого острова обследует копье, которым кит был ранен: Врангель, именем которого назван остров в Чукотском море, описывал примерно такой же способ охоты: Если гарпун проник сквозь слой жира и вошел в мясо,— рана смертельна. Тогда через два-три дня кит обязательно умирает и течением его тело прибивает к ближайшему берегу. Китовая охота с отравленным оружием велась у берегов Алеутских островов, Камчатки, Курильских островов и вблизи Хоккайдо — северного острова Японии. Южнее этот способ уже не применялся — там была в ходу совсем иная техника китобойного промысла. Забой китов в прибрежных японских водах, кроме острова Хоккайдо, уже в XVI веке велся так же, как и в Европе,— с помощью небольших лодок, гарпунов и копий. Однако около года здесь появился новый способ — лов животных с использованием тяжелых сетей. Теперь, чтобы снарядить суда для китобойного промысла, требовались деньги — и не только на сложные приспособления, но и на высокую оплату тяжелого и опасного труда китобоев. Японская китобойная база того времени представляла собой целую фабрику: Как только киты появлялись в поле зрения наблюдателей, с постов подавали сигнал и сообщали их местонахождение. Сразу яш спускалась на воду целая флотилия судов, которые тянули огромную сеть. Этой сетью сначала опутывали кита, а затем забивали его гарпунами и копьями. Один богатый челрвек по имени Матадзэмо Мацутоми, рассказывает Оямада, жил в городе Ишибу-ура на небольшом островке Икицуки. Он занимался китобойным промыслом, и ему была подвластна целая область, где жили китобои. Заправлять китовым промыслом — дело трудное, требующее больших средств. Прежде всего надо построить китобойную базу. Затем база огораживается каменной стеной, в которой с каждой стороны делаются ворота. Стража несет там караул всю ночь, и сторожа, чтобы показать, что они не спят, время от времени бьют в барабаны. Когда же на берегу лежит туша кита, караул несут особенно бдительно, и сторожа непрерывно обходят территорию то внутри, то снаружи забора.

На территории базы имеется много строений: При строительстве очень важно правильно выбрать место для помоста, по которому будут выволакивать на берег китовые туши,— помост располагается на берегу, непосредственно перед самой базой, правильно составить план расположения всех строений, причалов, сторожевых наблюдательных постов и сторожевых судов, рационально расположить штабеля дров, площадки для сушки сетей и т. Он нанимал множество рабочих, плотников, бондарей, кузнецов, штукатуров и других ремесленников. Его двери были широко открыты для талантливых и образованных людей, приезжавших к нему в гости,— врачей, хирургов, и к нему съезжались смотреть на китовую охоту разные влиятельные и высокородные господа. Среди его слуг было около десяти надсмотрщиков. Два надсмотрщика распоряжались всеми китобойными командами и руководили всем промыслом. Надсмотрщики и конторские служащие заметно отличались от обыкновенных китобоев. Они выходили за пределы базы только в сопровождении слуг, а у себя дома проводили свободное время в изысканных занятиях. Снаряжение китобоев состояло из трех наборов сетей, по тридцать восемь сетей в каждом. Длина каждой сети — 28 морских саженей, а общая ее площадь — около 18 квадратных саженей. Так как сеть нельзя опустить на очень большую глубину, приходится загонять китов в более мелководные места, где их и ловят сетями. Флотилия охотничьих лодок, окружив кита, подгоняет его к берегу не далее чем на четверть мили. Шесть лодок с сетями, которые уже ждут наготове, разбившись на три пары, по сигналу главного расходятся в разные стороны, все разом забрасывают сети и тут же отходят, освобождая для кита путь. Охотники бьют по бортам своих лодок, громко кричат, подгоняя кита с трех сторон, так что ему ничего не остается, как плыть прямо в сети, в которых он в конце концов и запутывается. Кит приходит в ярость и начинает метаться, тонкий канат, соединяющий сети между собой, рвется, и сети, уже не связанные одна с другой, опутывают животное со всех сторон, облепляя его голову, хвост и плавники. И как только кит выплывает на поверхность, чтобы набрать воздуха и передохнуть, гарпунер вонзает в него гарпун.

Таким способом забивают только гренландских китов, горбачей и фннвалов, ибо если попадется серый кит, то он приходит в такое неистовство, что рвет сети в клочья, поэтому на серых китов охотятся без сетей, с одними гарпунами. Если киту, запутавшемуся в сетях, удается выплыть на поверхность за пределами круга охотничьих лодок, то, увидев фонтан, китобои наперегонки устремляются к нему на своих лодках, где уже с гарпунами наготове стоят на носу гарпунеры. Как только два первых гарпуна вонзаются в тело кита, на кормах этих лодок взвиваются флаги. Остальные гарпунеры тоже один за другим бросают в животное свои гарпуны. Большие гарпуны делаются из мягкой меди, наконечники их зазубренные, и, даже согнувшись, гарпуны не ломаются и не выдергиваются из тела кита, когда животное натягивает прикрепленный к гарпуну линь,— кит не может освободиться от них никаким способом. Раненное множеством гарпунов, животное слабеет и в муках стонет так громко, словно это гром гремит. Вода кругом окрашивается кровью, в воздух вздымаются целые столбы окровавленной воды. Наконец наступает заключительный момент, которого дожидаются все охотники: Упитанного кита забить нелегко: Часто, умирая, кит погружается в глубину, и людям приходится прикладывать огромные усилия, чтобы поднять тушу на поверхность. Чтобы избежать этого, один из китобоев, не дожидаясь смерти животного, прыгает ему на голову с огромным ножом в руке и делает сквозной надрез на его морде, которая то поднимается над поверхностью воды, то снова уходит в глубину. Фото наглядно демонстрирует, какую сложную конструкцию может иметь это приспособление. Наконечник, как правило, плоский и иззубренный, вставляется в древко, но соединяется с ним неплотно. После того как охотник сделал бросок, древко отделяется от наконечника, вошедшего в тело жертвы. Далеко не всегда животное удается убить одним броском. Раненный зверь пытается скрыться, веревка натягивается, и древко, которое плавает на поверхности воды, указывает охотнику направление его движения. Избавиться от засевшего в теле острия жертва не может: Гарпун — это интернациональное орудие. Люди научились вырезать их еще в эпоху палеолита раннего каменного века. Таким образом, чукчам и эскимосам оставалось только преследовать добычу на небольших плавсредствах и поражать её гарпунами. Выводы членов Комиссии — участников охоты па китов содержали рекомендации о разработке нового гарпунного ружья. Охота па байдарках вообще была чрезвычайно опасна, поскольку зверь мог легко опрокинуть лодку. Гарпунное ружьё должно было существенно увеличить дистанцию выстрела в кита.

Опытный образец МЦ был изготовлен в году. Оружие заряжается вкладыванием патрона в патронник и гарпуна в ствол с дульной части. Ствол ружья выполнен коническим, с дульным тормозом. Ударный механизм куркового типа. Открытый курок и боевая пружина взводятся вручную за спицу курка. Похожим образом охотились на моржей, тюленей и иногда полярных медведей. Несмотря на введение гарпунных пушек, разрывных наконечников, моторных лодок, на Азорских островах продолжали использовать традиционную методику охоты на китов с ручными гарпунами и гребными лодками. И наконец, следует упомянуть о гиппопотаме — еще об одном животном, которое привлекало внимание гарпунеров. До недавнего времени некоторые местные жители Центральной Африки охотились на этого обитателя рек и озер практически так же, как египетские охотники 3 тысячи лет тому назад. Использовавшийся для охоты на гиппопотама гарпун имел древко порядка м в длину. На один его конец надевался наконечник с большим количеством шипов и тщательно закреплялся кожаными жгутами. К другому концу гарпуна прикреплялась прочная веревка. На гиппопотама нападали точно так же, как и на кита, с лодки. Охотники бьют ними рыбу без выпускания древков из рук. Охота с гарпуном выглядит несколько иначе. Гарпуны для охоты на морских животных представляют собой метательные орудия. Они состоят из древков как правило, деревянных , наконечников костяных, каменных или металлических и связывающих их веревок. В обстановке недостатка сырья, а также инструментария охотникам не просто делать такие гарпуны. Наконечники обычно плоские и зазубренные вставляются в древки, однако соединяются с ними не вплотную. Вслед за броском древки отделяются от наконечников, вошедших в тела жертв. При этом не так часто удавалось убивать животных с помощью одного броска. Также в России в рамках аборигенного промысла ежегодно разрешено добывать несколько сотен [3] особей белух. В США промысел ведется аборигенами Аляски. Программа промысла регулируется Китобойной комиссией эскимосов Аляски, которая предоставляет отчет Национальному Управлению Океаном и Атмосферой National Oceanic and Atmospheric Administration. Объёмы добычи достигают 50 гренландских китов и серых китов ежегодно. В году индейское племя Маках штат Вашингтон возобновило китобойный промысел, несмотря на интенсивные протесты защитников животных.

Добываются гринды , карликовые косатки , вертящиеся продельфины и афалины. Всего на Карибских островах ежегодно забивают на мясо примерно особей мелких китообразных. В Индонезии китобойный промысел ведется в Ламалере на южном побережье острова Лембата и в Ламакере на соседнем острове Солор. Япония подала официальный протест против моратория в году, но отозвала его в году после того, как США пригрозили ей санкциями. В результате, Япония связана мораторием, в отличие от Норвегии и что более дискутивно Исландии. Японское правительство оправдывает промысел ценностью полученных научных данных, однако это ставится под сомнение и критикуется многими учеными Научного Комитета МКК. Страны-противники китобойного промысла убеждают Японию остановить эту программу. Любая часть китовой туши идет в пищу - в ней съедобно все: Только китовую печень никогда не едят. Говорят, что печень оставляют для некоего особого употребления тем, кто свежует кита, но что они из нее делают - неизвестно. У входа в склад сидит служащий, а перед складом устроена площадка, на которой около двадцати рабочих, сидящих в ряд, режут на куски отдельные части китовой туши.

гарпун для ловли китов

У дверей поставлен специальный человек: Для обработки китовых жил отведено специальное помещение. Здесь под началом управляющего обрабатывают жилы двенадцать рабочих, которым помогают семеро учеников. В цехе обработки костей слева от входа сидит управляющий, а рядом с ним высится куча костей. Череп и нижняя челюсть кита, толстые, как бревна, сильно отличаются от других костей. Их приходится распиливать специальной пилой. Остальные кости разрубают топором. Хвостовые позвонки, ребра и прочее тоже рубят топором или резаком. Занимается этим около тридцати рабочих, они разделывают кости на куски, напоминающие поленья дров, затем складывают их в деревянные ящики. Осколки костей кипятят в подсоленной воде, вываривая из них жир, для этого отведено шесть специальных котлов, под которыми устроены топки. Прическа у тех, кто занимается китовым промыслом, совсем иная, чем у обычных людей. У китобоев очень длинные волосы, разделенные прямым пробором; когда они прыгают в воду, чтобы обвязать веревками пойманного кита, то так обессиливают от этой работы, что уже не могут самостоятельно взобраться обратно в лодку, и товарищи втаскивают их на борт за волосы. Вернувшись на сушу после забоя кита, гарпунеры исполняют особый ритуальный танец. Тридцать гарпунеров, предводительствуемые главным, выстраиваются в ряд и под бой барабана хором исполняют свою песню, а затем начинают кружиться в танце "ворота". Каждый - а все они могучие, как борцы,- держа над головой дубинку, делает огромные шаги, потрясает оружием, высоко подпрыгивает. И все поют песню, состоящую из взаимных поздравлений и благодарностей, и в танце изображают охоту на кита. Вокруг собирается множество народу: Забавно наблюдать, как зрители обсуждают искусство и ловкость танцоров, показывая на них пальцами, переглядываясь и перешептываясь друг с другом. Все это вместе являет собой удивительное зрелище! Последний раз китов ловили с помощью сетей в году в префектуре Ямагути, на крайнем юго-западе острова Хонсю. В заливах и фьордах архипелага их было такое множество, что вскоре установился следующий обычай: Экипаж судна вытаскивал всех добытых китов тут же на берег, здесь же их свежевали, разделывали и вытапливали ворвань. Экспедиции "Московской торговой компании", обычно состоявшие не менее чем из дюжины судов,- причем некоторые суда были хорошо вооружены, чтобы держать на расстоянии "контрабандистов" или тех, кого они таковыми считали,- тоже придерживались этого обычая.

Почти с самого начала серьезными соперниками китобоев "Московской компании" стали голландцы, которые уже к концу первой четверти XVII века построили около Шмееренбурга целый город китобоев, который и стал центром их промысла. В году туда были посланы суда со строительными материалами. Удивительный "город ворвани" был построен и заселен с необычайной быстротой и продолжал бурно развиваться. В этом предприятии участвовали города Амстердам, Мидделбург, Флашинг и другие. Каждый город держал там свои суда, свои склады и свои жироварни, откуда ворвань шла на продажу. Посылали на север довольно много судов и отдельные города - Гамбург и Бремен, и целые страны - Швеция, Дания и Франция тоже отправляли туда свои флотилии.

гарпун для ловли китов

Но самым мощным был голландский китобойный флот. В то время как голландские китобои процветали, англичане из портов Гулль и Ярмут, тоже вступившие в соперничество с "Московской компанией", потерпели полное фиаско. Во второй четверти XVII века лишь немногие английские суда отваживались отправляться на север. В году некий Эдвард Пелэм, помощник канонира на английском корабле "Салютейшн", зафрахтованном "Московской компанией", и еще семь матросов случайно отстали от своего корабля. Их сочли погибшими, и корабль в августе этого же года вернулся в Лондон без них. Возвратившись в конце концов на родину, моряки имели все основания говорить, что они - первые люди, зазимовавшие на Шпицбергене. Они как-то сумели продержаться целую зиму - вплоть до следующего года, когда их спасли прибывшие туда корабли. Жили они в "хижине" у селения Белл Саунд. Вот что рассказывает Пелэм об этой хижине: Во время промысла в нем жили бондари, здесь же они и работали, изготовляя бочки, в которые сливается вытопленный китовый жир". Этот документ показывает, насколько основательно строились голландские китобойные базы. Чтобы получить строительный материал, зимовщики разрушили другую "хижину", построенную для рабочих, занятых вытапливанием ворвани. Из трех очагов-топок, в которых вытапливалась ворвань, мы получили тысячу кирпичей. Здесь же мы нашли три огромные бочки с очень хорошей известью. Еще одну бочку с известью мы раздобыли в Боттл-коув, на другой стороне пролива". Из этих строительных материалов внутри найденного ими большого дома они соорудили другой, поменьше, и, пока их не спасли, вели там жалкое существование, питаясь отбросами китового мяса, оставшимися от минувшего китобойного сезона. В своем отчете об этом путешествии Мопк описывает и китобойный промысел тех времен:. Моряки гребут во всю мочь, догоняя кита, но при этом принимают все меры предосторожности, чтобы не оказаться слишком близко к его хвосту. Подойдя к киту совсем близко, все замолкают и стараются грести бесшумно. Когда наконец удается подплыть к киту вплотную, гарпунер одной из шлюпок изо всех сил бросает в него гарпун. Гарпун имеет три фута в длину, наконечник его зазубрен так, что его никоим образом нельзя выдернуть обратно.

Древко гарпуна деревянное, это увеличивает дальность его полета. К концу древка прикреплен линь длиной в саженей, который лежит, свернутый в бухту, на дне лодки.

  • Skipping в рыбалку
  • Как правильно установить подвесной лодочный мотор на лодку
  • Когда клюет налим календарь
  • Я ловлю покемонов клип
  • Раненый кит с почти неправдоподобной быстротой ныряет в глубину моря; тогда линь начинает быстро разматываться, причем трется о борт лодки с такой силой, что, если бы па борт не лили воду, он бы загорелся. Если одного линя не хватает, к нему прикрепляют другой, со следующей лодки. Норвежцы, цивилизованные и гуманные, продолжают промышленную добычу кита, когда у животного нет никаких шансов, чтобы выжить. И мясо норвежских китов идет в рестораны Конечно, и на Чукотке кит и охотник сейчас в неравном положении, но у кита все равно есть шанс и даже загарпуненный кит бывает уходит. К тому же охотники подвергают себя огромному риску. Выйти на лодке в открытое море в октябре или ноябре решится не каждый. Да и кит размером будет побольше судна и зевать не следует. В советские времена традиционный промысел был закрыт, вдоль берегов Чукотки ходило китобойное судно, которое обеспечивало прибрежные села китовым мясом.

    гарпун для ловли китов

    В начале х чукчи остались без снабжения и с атрофированными способностями к самостоятельному пропитанию. Врангель, именем которого назван остров в Чукотском море, описывал примерно такой же способ охоты: Если гарпун проник сквозь слой жира и вошел в мясо, — рана смертельна. Тогда через два-три дня кит обязательно умирает и течением его тело прибивает к ближайшему берегу. Китовая охота с отравленным оружием велась у берегов Алеутских островов, Камчатки, Курильских островов и вблизи Хоккайдо — северного острова Японии.

    Чем в XIX веке китобои убивали китов ?

    Южнее этот способ уже не применялся — там была в ходу совсем иная техника китобойного промысла. Забой китов в прибрежных японских водах, кроме острова Хоккайдо, уже в XVI веке велся так же, как и в Европе, — с помощью небольших лодок, гарпунов и копий. Однако около года здесь появился новый способ — лов животных с использованием тяжелых сетей. Этот способ требовал более многочисленного и более крупногабаритного снаряжения, чем то, каким мог пользоваться охотник-одиночка, и поэтому китовый лов перешел в руки состоятельных предпринимателей, которые могли вкладывать в его организацию значительные средства. Теперь, чтобы снарядить суда для китобойного промысла, требовались деньги — и не только на сложные приспособления, но и на высокую оплату тяжелого и опасного труда китобоев. Японская китобойная база того времени представляла собой целую фабрику: На специальных наблюдательных постах, расположенных на возвышенных местах, с которых море просматривалось далеко вокруг, постоянно несли сторожевую службу. Как только киты появлялись в поле зрения наблюдателей, с постов подавали сигнал и сообщали их местонахождение. Сразу же спускалась на воду целая флотилия судов, которые тянули огромную сеть. Этой сетью сначала опутывали кита, а затем забивали его гарпунами и копьями. Один богатый человек по имени Матадзэмо Мацутоми, рассказывает Оямада, жил в городе Ишибуура на небольшом островке Икицуки. Он занимался китобойным промыслом, и ему была подвластна целая область, где жили китобои. Заправлять китовым промыслом — дело трудное, требующее больших средств. Прежде всего надо построить китобойную базу. Затем база огораживается каменной стеной, в которой с каждой стороны делаются ворота. Стража несет там караул всю ночь, и сторожа, чтобы показать, что они не спят, время от времени бьют в барабаны. Когда же на берегу лежит туша кита, караул несут особенно бдительно, и сторожа непрерывно обходят территорию то внутри, то снаружи забора. На территории базы имеется много строений: При строительстве очень важно правильно выбрать место для помоста, по которому будут выволакивать на берег китовые туши, — помост располагается на берегу, непосредственно перед самой базой, правильно составить план расположения всех строений, причалов, сторожевых наблюдательных постов и сторожевых судов, рационально расположить штабеля дров, площадки для сушки сетей и т. Он нанимал множество рабочих, плотников, бондарей, кузнецов, штукатуров и других ремесленников. Его двери были широко открыты для талантливых и образованных людей, приезжавших к нему в гости, — врачей, хирургов, и к нему съезжались смотреть на китовую охоту разные влиятельные и высокородные господа.

    Вторая Книга всеобщих заблуждений

    Среди его слуг было около десяти надсмотрщиков. Два надсмотрщика распоряжались всеми китобойными командами и руководили всем промыслом. Надсмотрщики и конторские служащие заметно отличались от обыкновенных китобоев. Они выходили за пределы базы только в сопровождении слуг, а у себя дома проводили свободное время в изысканных занятиях. Снаряжение китобоев состояло из трех наборов сетей, по тридцать восемь сетей в каждом. Длина каждой сети — 28 морских саженей 1 , а общая ее площадь — около 18 квадратных саженей. Так как сеть нельзя опустить на очень большую глубину, приходится загонять китов в более мелководные места, где их и ловят сетями. Флотилия охотничьих лодок, окружив кита, подгоняет его н берегу не далее чем на четверть мили. Шесть лодок с сетями, которые уже ждут наготове, разбившись на три пары, по сигналу главного расходятся в разные стороны, все разом забрасывают сети и тут же отходят, освобождая для кита путь. Охотники бьют по бортам своих лодок, громко кричат, подгоняя кита с трех сторон, так что ему ничего не остается, как плыть прямо в сети, в которых он в конце концов и запутывается. Кит приходит в ярость и начинает метаться, тонкий канат, соединяющий сети между собой, рвется, и сети, уже не связанные одна с другой, опутывают животное со всех сторон, облепляя его голову, хвост и плавники. И как только кит выплывает на поверхность, чтобы набрать воздуха и передохнуть, гарпунер вонзает в него гарпун. Таким способом забивают только гренландских китов, горбачей и финвалов, ибо если попадется серый кит, то он приходит в такое неистовство, что рвет сети в клочья, поэтому на серых китов охотятся без сетей, с одними гарпунами. Если киту, запутавшемуся в сетях, удается выплыть на поверхность за пределами круга охотничьих лодок, то, увидев фонтан, китобои наперегонки устремляются к нему на своих лодках, где уже с гарпунами наготове стоят на носу гарпунеры. Как только два первых гарпуна вонзаются в тело кита, на кормах этих лодок взвиваются флаги. Остальные гарпунеры тоже один за другим бросают в животное свои гарпуны. Большие гарпуны делаются из мягкой меди, наконечники их зазубренные, и, даже согнувшись, гарпуны не ломаются и не выдергиваются из тела кита, когда животное натягивает прикрепленный к гарпуну линь, — кит не может освободиться от них никаким способом.

    Содержание

    Раненное множеством гарпунов, животное слабеет и в муках стонет так громко, словно это гром гремит. Вода кругом окрашивается кровью, в воздух вздымаются целые столбы окровавленной воды. Наконец наступает заключительный момент, которого дожидаются все охотники: Упитанного кита забить нелегко: Часто, умирая, кит погружается в глубину, и людям приходится прикладывать огромные усилия, чтобы поднять тушу на поверхность. Чтобы избежать этого, один из китобоев, не дожидаясь смерти животного, прыгает ему на голову с огромным ножом в руке и делает сквозной надрез на его морде, которая то поднимается над поверхностью воды, то снова уходит в глубину, Закончив эту работу, китобой подает остальным сигнал, размахивая над головой окровавленным ножом. Тогда другой китобой е канатом в руках прыгает в воду и, продев его сквозь рану, возвращается назад на свою лодку, на которой и закрепляют концы каната.

    448
    06.01.2017
    пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ: 0
    • пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ!


    пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ
    пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ, пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ, пїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ.